Девичья коса,
С ласкою ухожена,
Доросла — до пояса,
Краса невозможная,
Как реченька,
Течением быстрая,
Легли волосы,
Травою шелковистою,
А хозяюшка румянолицая,
От тоски по молодцу,
Не спится ей,
А он, молодец,
Зарюется с другой,
Заплутал вконец,
С плюсами?- Они в достатке,
Минусы?- Да, их не счесть,
Чем помочь?- Да нет в порядке,
А что в минусах?- Так спесь,
Можно бы дышать ровнее,
Где-то мимо бы пройти,
Наглецу сделать больнее,
От чужой беды уйти.
Разве это плохо, детка,
С ближним быть и сострадать?
Разделить душевный свет тот,
Часть тепла кому-то дать?
Это ж множит воздаяние,
В памяти, в памяти, в памяти лица, тех лет ушедших навсегда.
Наверно, в садике, — память твердила. Свой первый стих Серёжке посвятила.
Любила, — память беспристрастна. Зря сочиняла поняла — напрасно.
Любил он Нинку, — память говорит, — картинка, соперница твоя — подружка Нинка.
Стихи писать тогда забила, а, ведь, могла — обидно было: я же поэт и чем же так плоха? Нинка никто, сера, как мышь тиха.
И много позже пришло прозренье: стихи — любить не повод, к сожаленью.
Было давно, когда и не знаю,
Первый тот шаг, с него начинают.
Может за ручку с кем, или же сам,
Море всех тем, что текли по усам.
Мало помалу, такое бывает,
То, что всех слаще, в уста попадает.
Бывает, душа не ляжет,
Хоть человек хорош собой;
Не урод моральный вовсе —
И всё равно пустой.
Он честен в слове, ровен,
Но в нём нет искры той,
Чтоб вспыхнуло желание
За ним идти тропой.
Нет в нём харизмы, шарма,
Нет той особой соли,
Что манит и пленяет
Помимо нашей воли.
Всё правильно, прилично,
Но скучно до зевоты…
Мужские руки
ласкают душу —
ту, что казалась
такой ершистой,
почти остывшей…
Смиряя гордость,
покой не руша,
они смыкаются,
как основы.
Не для того,
чтоб её разрушить,
а чтоб собрать
Опыт
учит
многому.
Не скучать.
Не привыкать.
Не привязывать
тех, кто умеет любить,
Чтобы в клетке своей
их сердца
не сгубить.
Не сдаваться иллюзиям
в ласковый плен.
Забывать имена
и обломки обид.
А сердце? Когда-то болело, любовью и нежностью.
Думаешь, нежностью смертельно болеть нельзя?
Свяжи свои руки,
спрячь под столешницей,
губы скотчем заклей,
оставь — только глаза.
И смотри, просто смотри на всё, что до одури любишь.
Пока воздух в комнате не превратится в неоновый ток,
от безумного желания впиться, и даже не в губы…
Дофаминами*, пульсами влиться в переполненный кровоток.
И почувствовать, как нежность,
изотопным ураном, плавит ладони.
*дофамин - гормон любви, отвечающий за чувство предвкушения удовольствия и удовлетворения, полного обладания